12 Октября 2018 | 13:09

Как «приготовить» МакДонаха по-грузински

Рецепт ирландской драмы по-грузински: берем пару инфантильных братцев,  пьющего в режиме нон-стоп священника, продавщицу самогона, три трупа, миксуем с убойными диалогами от Мартина нашего МакДонаха, умножаем на кавказский темперамент, приправляем сочными грузинскими песнями и получаем «Сиротливый запад» от «Открытого театра» из Тбилиси. Грузинский спектакль признан жюри «Событием» третьего международного фестиваля МакДонаха и принят зрителем на «ура».

Если бы еще полгода назад грузинским актерам Сергею Сафаряну, Темо Пирцхалаишвили Деметре Накопия и Шорене Зубиашвили сказали, что в октябре они будут играть МакДонаха, они бы сильно удивились. В свою очередь команда из Грузии сменила и мои планы. Я собиралась на другой спектакль в это же время, но эмоциональный рассказ тбилисцев о постановке соблазнил посмотреть историю двух братьев именно в грузинской версии. Тем более, что режиссер Вахтанг Николава уже покорил пермского зрителя постановкой «Зурикела» в театре «У Моста». 


«Сиротливый запад» от «Открытого театра» из Тбилиси.


Все решили за грузинским столом 


Вахтанг Николава: Предложение «А не замахнуться ли нам на Мартина нашего МакДонаха» мы получили летом от Сергея Федотова, когда театр «У Моста» приезжал в Тбилиси на фестиваль Нодара Думбадзе и привез кроме «Зурикелы»  как раз «Сиротливый Запад». У меня были совсем другие планы. Но ведь Сергей Павлович бывает очень убедителен: «Давай открывай театр, приезжай на фестиваль». Я пытался «отмазаться», ссылаясь, что у меня ни здания, ни названия.  «Ты открой – название появится, например «Открытый театр». Умостовцы пообещали сделать всю сценографию.  Сергей заразил меня этой идеей, и я уже не мог отказать единственному в мире режиссеру, театр которого поставил все семь пьес МакДонаха. 

Сергей Сафарян:  Давай честно расскажем. Я, Вахтанг и Сергей Федотов встретились большим грузинским столом, разумеется, с вином. Так у нас все решается. Потом посмотрели «Сиротливый Запад», удивительная притча о любви и ненависти культового ирландца меня зацепила. «А хотел бы сыграть старшего брата?»,  - предложил Вахтанг. Ни секунды не сомневался. Все решилось быстро, как и с другими актерами. Прекрасная Шорена (Гёлин) повысила уровень тестостерона в команде (смеется). Бюджета не было, Так что мотивация у каждого была – попробовать сыграть в пьесе знаменитого ирландского драматурга, приехать на единственный в мире фестиваль. 

В.Н.: Актеров собрать летом нелегко: в отпусках и на гастролях, все четверо - из разных театров. И в сентябре времени не хватало, репетировали ночью. Спектакль создан за 7 полноценных репетиций. Куча страхов была: какая площадка будет, что брать, что не брать, как примет публика спектакль, который еще никто не видел. В общем, драйва хватало. Прогон мы сыграли прямо на зрителя. 

- То есть пермский зритель увидел постановку раньше грузинского? 

В.Н.:  Да, именно на фестивале состоялась премьера, нас приняли  хорошо, надеемся, в Грузии примут также. 

 - Не просто хорошо, а восторженно. Актеры передали залу потрясающий энергетический заряд, все понятно было и без титров, благодаря мизансценам. Режиссер Виктор Шрайман, отметил, что Вы «взяли губку, отжали воду и спектакль стал упругим».  Ваша постановка короче других, смотрится на одном дыхании. 

В.Н.:  Я обычно бережно отношусь к тесту автора. Но, если где-то можно заменить слова действием, мизанцсеной, я пользуюсь этим. Я понял, что эпизоды нельзя отдельно ставить, их надо сквозным действием проводить, и начал сушить текст.  

Каждый раз думаем, а грузин бы уже выстрелил или нет 


- Как отмечают режиссеры, в пьесах МакДонаха: «Четыре  человека – и вот тебе модель мира». Постановщики порой даже убирают название местности, меняют имена, и получаются истории понятные в любом городке. 

В.Н.: Как любят говорить на фестивале МакДонаха, в каждом из нас - немного Ирландии.
У нас было желание раскрыть самого МакДонаха через особенности грузинского характера. Культовый ирландец у нас не очень популярен (я не про кино). Только одна лишь постановка «Человека-подушки» Давида Доиашвили идет в Театре музыки и драмы. И вот вторая – по «Сиротливому Западу». Потому что вроде бы наше, а вроде и нет. То, что понятно как мысль, не всегда сочетается с нашим грузинским максимализмом. 

С.С.: Вот нам сложно было понять, как можно долго, годами накапливать конфликт. У нас так: поругаемся и сразу помиримся. Да я бы давно уже в челюсть дал (смеется).


«Сиротливый запад» от «Открытого театра» из Тбилиси.


- А сколько всего драк на сцене, я сбилась. 

С.С.: Полноценных четыре. А остальное на сцене так, о погоде разговор. В Грузии даже поговорить о погоде - это как минимум страсти, эмоции, объятия и возможность конфликта, который затем можно урегулировать за хлебосольным столом. 

 В.Н.: Каждый раз думаем, а грузин выстрелил бы или нет. Наверное, да. Для русской ментальности этот диалог более органичен. Поговорить, еще раз поговорить, потом «бах» и драка. В Грузии часто, пока не поругаешься с человеком, не сможешь с ним подружиться. Не через консенсус - к примирению прийти, а через столкновение. Когда в открытую – шлюзы открываются, и разрешается тот внутренний дефицит, который волновал и тебя и человека, с которым ты ругаешься. 

Главные герои «Сиротливого запада» — два брата, связанные взаимными обидами, тянущимися годами, со своими комплексами, страстью шантажировать друг друга. Но, наверное, самая поразительная их черта, которую мы хотели раскрыть в этой постановке – они хотят счастья. Пусть не очень умеют его хотеть, но хотят. Многие любят сравнивать МакДонаха с Тарантино. Но ирландец, как отмечал Федотов, за всей этой чернотой прячет любовь к своим героям. В душах каждого из четырех персонажей куча комплексов, обид, надежд и желание любить, пусть очень сильно скрытое.


«Сиротливый запад» от «Открытого театра» из Тбилиси.
   

Тбилиси без армян, все равно, что грузин без тоста


- О дружбе с веселыми эпизодами Сергея Сафаряна и Темо Пирцхалаишвили, уже анекдоты, говорят,  рассказывают. Нелегко, наверное, было такую историю вражды братьев сыграть?

В.Н.: Сергей -  наш тбилисский армянин, идеально говорит по-русски. А Темо - только по-грузински. Они очень подружились. Каждая история - как армяно-грузинский анекдот из «Мимино». Композиция, когда они вместе -  очень уморительная, похожи и непохожи одновременно. Например, летим в Пермь, Темо вытащил билет, возмущается по-грузински: «Куда идти, не написано». А Серго по-русски парирует: «Там написано, прочти». Ответный удар от Темо опять же по-грузински: «Да, пошел ты». И они этого не замечают даже. Но все очень по-доброму

- У вас в Аблабаре встретила таких друзей, который выясняли всегда, кто Тифлис построил и чья кухня лучше. 

В.Н.: И это не обидно, как в «Мимино» помнишь?  
— Валик джан, поедем ко мне. Мама долму готовит. Ты – любишь долма? 
— Нет.
— Потому что у вас не умеют готовить долма. А настоящий долма…
— Рубик, дорогой, только не скажи, что у нас и сациви не умеют готовить.

Вот так примерно и у ребят. 

Для справки: 

Удивительную притчу Мартина МакДонаха «Сиротливый Запад» на третьем международном фестивале Мартина МакДонаха представили  на суд зрителей театры из Ирана, Венгрии, Грузии, Молдовы и России, всего 6 версий. 
Лиза Шандера, фото Вадим Балакин
Подпишитесь на «ТЕКСТ» в любимой соцсети


и получайте свежие тексты к себе в ленту!