«Размытый» рабочий день, тоска по живому общению, спасительные десять минут тишины в ванной, - вот что говорят пермяки, не привыкшие к работе в самоизоляции дома.

Обычные сотрудники и владельцы бизнеса рассказали «ТЕКСТу», каково им жить и работать в режиме тотального карантина, и что они делают, чтобы спасти свои проекты и самих себя от стресса. 




Любовь Акимова, руководитель PR-агентства «Март»:

Нам организовать рабочие процессы дома было несложно. У нас уже идет четвертая неделя удаленной работы. В принципе, на удаленке все вопросы решаемы, компьютеры все взяли из офиса домой, сотрудники из дома созваниваются с клиентами.  Для оперативных совещаний собираем  конференции в Zoom. Думаю, у нас даже производительность повысится, но тяжело становится нашим клиентам. Часть приостановили деятельность, например, те, кто занимаются продажей товаров, которые невозможно купить без примерки, это продавцы очков, те, кто оказывают медицинские услуги.

Наши сложности связаны не с организацией процесса, а с тем, каково будет нашим клиентам. Мы как рекламное агентство попадаем под меры поддержки бизнеса от государства, но интересно, какие они будут. 

Муж у меня и до этого работал из дома. Сейчас у нас каждый  работает в своей комнате: я, муж, дочь-подросток. На завтрак, обед и ужин мы встречаемся строго в одно время. Мне тяжело без физической активности, я уже перепробовала все виды йоги. 

Александр Нагаев, совладелец сети пиццерий Petruccio: 

Мы закрыли 4 из 7 точек, все они были в торговых центрах. Выручка упала в пять раз. Услуга доставки у нас была всегда, это одно из наших направлений. Сейчас оно позволяет хотя бы часть сотрудников обеспечить работой. Мы минимизировались, «ужались». Люди перестали ходить в заведения еще до введения карантина, испугались, все рухнуло с числа 17-18 марта.

Мир изменился и условия аренды должны быть другими. Некоторые крупные торговые центры всего лишь предлагают небольшую скидку по аренде за апрель. Но я думал, что раз они закрываются, то не будут брать аренду. Но видимо владельцы недвижимости думают по-другому. Сейчас мы работаем в режиме доставки и предлагаем арендодателям процент с оборота, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Мы инвестируем в рекламу и хотим, чтобы нашу пиццу покупали. 

Системный администратор, анонимно:

Из дома работать сложно: тяжело концентрироваться на задачах, когда рядом ребенок постоянно просит внимания. Работы не стало больше, но психологически тяжелее, так как рабочий день «размыт»: если раньше я работал с 9 утра до 6 вечера, то теперь с 8 утра и до 11 вечера.

Коллеги на удаленке живут в своем ритме, вот проснулся один в два дня и работает до 11 вечера, а моя помощь ему нужна, и мне приходится постоянно «включаться». 

Преподаватель колледжа, анонимно:

Удаленно работать стало еще тяжелее. В техникумах, колледжах не у всех детей есть компьютеры, даже есть те, у кого нет мобильного телефона. Процент таких ребят маленький, но они есть. А есть дети, которые живут в отдаленных районах и у них нет интернета, и это проблема. 

В целом перейти на дистанционное обучение оказалось не очень сложно. Большая часть детей отнеслись к этому с пониманием. Но мне не хватает личного общения с учениками, а соцсети его не заменят. 

Александр Палкин, совладелец книжного магазина «Юникстор»:

Для нас для всех это потрясение. Меры поддержки, которые предлагает наше государство, это просто отсрочка тяжелых последствий. Сейчас наша задача — понять, насколько нам хватит запаса прочности, чтобы выйти из перипетий, и не понятно, что будет со спросом, когда мы выйдем из изоляции из своих квартир.  Сейчас мы пытаемся сделать доставку книг, но ценность нашего магазина не только книги, а в том, чтобы придти, окунуться в атмосферу, ткнуть пальцем в книгу на полке и понять, что именно она то и нужна. Онлайн так не сделать. И это отличало нас от «ЛитРес», Wildberries и прочих.

Сейчас мы на их поле и пытаемся работать с нашим локальным сообществом. «Озону» не сильно убудет, если у них не купят книгу, а нам позволит это выйти из зоны турбулентности. У нас еще были и образовательные проекты. Сейчас это либо формат онлайн-конференций, либо запись уроков, которые мы выкладываем в онлайн. Например, у нас дети занимались английским языком, теперь же это не только ребята из Перми, но и из русскоговорящих семей с Кипра, Молдовы. Мы надеемся, что вытянем и снова откроем свои двери. Мы договорились с собственниками помещения по аренде, они пошли нам на встречу. 

Я всегда работал из дома и в этом отношении мало что поменялось. 

Совладелец детской игровой, анонимно:

Игровая закрыта по постановлению правительства края до 1 июня. Те меры поддержки, которые нам предложили, не сработают, они неэффективны, так, для отвлечения внимания. Ведь все равно придется заплатить, но сразу за два или три месяца одним платежом. Но откуда брать деньги, если организация не работает? У нас нет никакой финансовой подушки. Плюс у нас кредит, который нам нужно ежемесячно гасить, сотрудники, которым нужно платить зарплату.

Наш арендодатель нам устно сказал, что отменит аренду, но официального письма мы пока не получили. Если повезет и даст отсрочку, то придется все начинать с нуля, так как оборудование игровой в собственности, а нет, так банкротиться. Мы подали заявку в банк на реструктуризацию кредита и сейчас ждем ответ. 

Мораторий на банкротство — убийство для малого бизнеса, а для людей — нищета. С экрана нам говорят: сидите дома. А как сидеть и работать, если на площади в 50 кв.м. у меня еще и маленький ребенок, который просит внимания? Тяжелые времена. Хочется все продать и уехать за границу и там все начать с начала, и там, есть ощущение, бизнесу действительно помогут. Но границы закрыты.  

Мне кажется, выживут совсем маленькие предприятия, у которых нет больших штатов. Предприниматели просто загибаются, что на них переложили ответственность, они увольняют сотрудников «по собственному желанию». Я держусь, но резюме свое отправлять уже начал на предприятия, которые работают в условиях карантина, ищу шабашки. 

Елена Бахур, маркетолог йога-студии «Кора»:

Мы запустили онлайн-практики и сейчас пытаемся автоматизировать процессы. Работы и прибыло, и убыло. Но у нас нет других вариантов спасти наш проект. Все наши сотрудники на удаленке, у многих преподавателей зарплата зависит от количества людей на практике, а преподавание — единственный источник дохода. 

Мне тяжело работать из дома, ведь у меня маленький ребенок. Дочь отказалась от дневного сна и это очень сложно, нервно. Тема с саморазвитием на карантине точно не для работающих матерей. Если первую неделю я ничего не делала, то сейчас начала тренироваться, те же онлайн тренировки. Хотя бы 10 минут посидеть в тишине в ванной — отлично помогает.

Еще хороший лайфхак — побегать по квартире с ребенком. Мы сегодня с ней бегали 10 минут и она впервые за долгое время уснула днем. 

Галина Плохая, соосновательница магазина одежды и аксессуаров Polytope: 

Сейчас мы активно ведем свой Instagram, рассказываем про нашу нерабочую жизнь. Обычно мы мало говорим о нашей личной,  но теперь есть отличная возможность это сделать. Мы ушли в онлайн, но здесь есть сложности. Сейчас мы прорабатываем доставку по Перми, соблюдая все меры предосторожности. Скорее всего, доставлять будет Яндекс. Доставка, если же по России, то доставка до дверей транспортной компанией СДЭК. 

В мастерских у нас пусто, мы не шьем такими объемами, как раньше, мастера сидят по домам. Мы сами шьем дома, ушли в режим, который был, когда мы только открылись. Мы хотим и дальше в онлайне продавать те вещи, которые сейчас есть, и которые мы шьем сейчас сами, а также удобную одежду для дома. Сейчас это актуально. Мы начали разрабатывать специальную линейку Polytope home. Но обстоятельства меняются каждый день и мы всегда рискуем: сегодня начали шить домашнюю одежду, а завтра все поменяется. 

Мы надеемся, что в Перми через неделю-две отменят жесткий карантин.  Все понимают, что скоро деньги у людей закончатся. Те, кто не смогут работать удаленно, все равно выйдут в офисы. Каждый понимает карантин в меру своего страха. Кто-то сидит дома и считает, что нужно пересидеть, а малый бизнес понимает, что если будут сидеть дома и отдыхать, то их ждут очень тяжелые времена после окончания карантина. Мы замедлились, так как пока что есть финансовая подушка. Договорились по аренде мастерских о скидке на 50%. По магазину будет ясно к концу апреля.

Работается из дома очень сложно. Домашние работать не дают. Если мама дома, дети без нее не могут. Иногда я прихожу в мастерскую, чтоб какие-то важные вещи сделать здесь, благо, она у меня рядом с домом. 

Нам, как бизнесу, обещают поблажки, отсрочку по налогам. Но для нас основная трата — это  свой производственный процесс и зарплата мастерам. А платить будет неоткуда. Цены на ткани уже выросли, как только доллар подскочил. 

Сотрудник банковской сферы, анонимно:

Работать получается так себе, маленький ребенок постоянно требует внимания. Мультики спасают лишь на время. Это очень трудно — хорошо выполнять задачи и совмещать быт. Приходиться работать по ночам, чтобы успеть все.

Я стала больше есть, больше готовить, печь пироги, недавно даже хлеб испекла. Это своего рода терапия: создавать своими руками что-то осязаемое, полезное. Устраиваем с ребенком пикники на балконе, а что делать? Хочется глотка свежего воздуха, чтобы не сойти с ума.

В Пермском крае при минкульте начала работу комиссия, согласовывающая экспозиционно-выставочные проекты муниципальных музеев. О формировании такой комиссии стало известно в прошлом году. В минкульте процедуру согласования объяснили необходимостью синхронизации выставок с программой ремонтов музеев; обеспечения музеев финансовыми средствами на создание экспозиций, повышением привлекательности для туристов. 



К настоящему моменту прошло два заседания комиссии. На первом более половины заявок музеев не были согласованы, на втором было одобрено 11 музейных проектов из 17 представленных. 

«Нам важно, чтобы в концепции был заложен большой потенциал для развития каждого музея, вписанного в культурный ландшафт того или иного муниципалитета, края и страны. < > Музеи должны активно участвовать в формировании любви к своей малой родине через гордость за ее прошлое и уверенность в ее будущем. В ходе публичной защиты каждому музею были даны персональные рекомендации для улучшения решения и доработки проекта. Музеи, заявки которых не прошли согласование, получили время на повышение качества своих проектов, время осмыслить основную идею концепции в соответствии с рекомендациями участников рабочей группы. Защита концепций проходит два раза в год, следующая будет в сентябре, можно будет прийти снова. Всем музеям также оказывает помощь методический центр при Пермском краеведческом  музее», - сообщили ТЕКСТу у минкульте. 

В Перми контролеры, работающие в общественном транспорте, получат форменную одежду. В комплект будет входить жилет, ветровка и теплая зимняя куртка. На спецодежде будет размещена надпись «Контрольно-ревизорская служба», а на спине рисунок медведя, который используется в оформлении городского транспорта. Карманы куртки позволят размещать документы А4 формата и смартфон. Новую форму контролеры могут надеть уже этой осенью.



Как сообщалось ранее, в течение 2026 года планируется увеличить штат контрольно-ревизорской службы на 15 человек. В 2024 году штат контролёров составлял 67 человек.

В прошлом году сумма штрафов за безбилетный проезд составила 48,6 млн рублей, Это более чем в два раза выше уровня 2024 года.